Вы находитесь здесь: Главная > Фильмы > Набат на рассвете

Набат на рассвете

Набат на рассвете

Прообразом главного героя фильма «Набат на рассвете» Сергея Васильевича К остром ина был великий русский ученый, минералог и геохимик Владимир Иванович Вернадский. Помимо идентичности научных интересов, помимо совпадения ряда биографических фактов в картине достигнуто поразительное сходство героя с известными портретами Вернадского (мы, зрители и критики, редко обращаем внимание на замечательное искусство гримеров, а ведь это один из существенных элементов добротности экранного повествования). Однако персонаж фильма все-таки носит другую фамилию, авторы этим подчеркивают, что они решили не ограничиваться биографической лентой и хотят большего — воссоздать на экране типический образ русского интеллигента, большого ученого, которому довелось жить на сломе двух эпох. Костромин приходит к пониманию правды революции, поддержке Советской власти не по политическим убеждениям — он далек от политики,— а через свою науку, через преданность родной стране, родному народу. Тут мы, конечно, сразу вспомним, что у героя «Набата…» есть еще один прототип, на сей раз кинематографический. Это, разумеется, профессор Полежаев из знаменитого фильма А. Зархи и И. Хейфица «Депутат Балтики», и это такой образец, соревноваться с которым ой как непросто.

«Я не только отец, — говорит Костромин дочери, уговаривающей его уехать за границу, — я русский академик!» Это соображение оказалось для него решающим. Но мы знакомимся с героем фильма задолго до того, как возник этот разговор. Мы увидим и порывистого юношу, обуреваемого стремлением служить народу, науке и поэтому отправившегося в провинциальный город «на холеру», и седовласого академика, задумавшегося в конце Великой Отечественной войны над путями, которыми человечество пойдет дальше… Легко догадаться, какие возможности дает такой временной диапазон исполнителю, но одновременно и какую трудную задачу он на него возлагает. Мы не так уж часто видим на экране актера театра имени Моссовета Георгия Тараторкина, но каждая его новая работа — повод для серьезного разговора.

НаивысшеЙ выразительности актер достигает в сценах, где его персонаж общается со своими коллегами, с учениками, единомышленниками или пугает консервативных академиков неслыханными, непривычными высказываниями, вроде того, что нравственность — это геологическая сила. Подобные мысли разрослись впоследствии в центральную идею его учения, идею ноосферы, то есть сферы разума. И тут опять мы вспоминаем о Вернадском — ведь именно он использовал этот термин, предсказывая победу царства разума на Земле. Мечтал вручить людям ключи от кладовых природы, обогатить человечество новыми видами сырья, новыми видами энергии. За много лет до начала научно-технической революции Вернадский гениально предугадывал некоторые ее существенные черты, в том числе предостерегал от неразумного использования природных богатств. Главным условием создания ноосферы он считал полную ликвидацию войн.

Вернадский (в фильме Костромин) был одним из первых ученых, догадавшихся о возможностях, которые таит в себе распадающийся атом, он — организатор поисков урановых руд в России. На экране его научная деятельность предстает в виде конкретных событий из жизни героя. Так, Костромину приходится пережить смерть ближайшего помощника Петрухина (артист Л. Каюров), облучившегося в мрачной Долине смерти. Трудно сказать, были ли уже в дореволюционной России жертвы лучевой болезни или это художественное допущение, но уран Вернадский действительно искал. Сквозная «атомная» тема проходит в фильме параллельно с рассуждениями о ноосфере, о невиданных горизонтах науки, манящих человечество, о беспредельном могуществе человеческого разума. Сегодня эти рассуждения звучат особенно актуально, потому что вопрос о том, победит ли разум, приобрел решающий характер.

Веря в будущее, ученый прозорливо видел опасности, которые несет людям незрелый, недальновидный ум. В юности ему довелось столкнуться с помещицей, которая подожгла принадлежащий ей лесок, рассчитывая собрать богатый урожай на пашне, удобренной золой. Сколько таких урожаев даст испепеленная земля — два, от силы три. А потом что? Но это ограниченное существо рисковало только своим поместьем, сегодня же есть маньяки, готовые из-за сиюминутной выгоды поджечь весь земной шар. Фильм начинается и кончается знаменательной сценой. В последнюю военную зиму престарелому академику сообщают, что американцы близки к созданию атомной бомбы. И с того памятного года в сердцах всех людей доброй воли вот уже четыре десятилетия не замолкая звучит тревожный набат. Картина Аркадия Кордона — отзвук этой тревоги.

Теги:

  • Digg
  • Del.icio.us
  • StumbleUpon
  • Reddit
  • Twitter
  • RSS

Комментарии закрыты.

Яндекс.Метрика